«Тольяттиазот» водит за нос Ростехнадзор?

Как уже писали СМИ, в октябре 2019 года Ростехнадзор провел внеплановую проверку выполнения требований промышленной безопасности в ПАО «Тольяттиазот». В результате было выявлено 360 нарушений, в том числе очень серьезных. Подписывайтесь на электронную газету «Век» в: Значительная часть оборудования завода находится в аварийном состоянии, а некоторые узлы, агрегаты и трубопроводы – в критическом, несущем угрозу крупных аварий. Ростехнадзор направил материалы проверки в суд, который вынес решение о приостановке опасного объекта 1 класса опасности – «Склад сырьевой кислоты и щелочи». Это решение Комсомольский районный суд вынес еще 25 декабря 2019 года, затем – повторно 16 января 2020 года после рассмотрения апелляционной жалобы представителей «Тольяттиазота» в Самарском областном суде, который вернул дело в Комсомольский районный суд на новое рассмотрение. Затем – новая апелляция ТоАЗа, и Самарский областной суд, во второй раз рассмотрев его жалобу, 27 января оставил постановление суда первой инстанции в силе, но сократил срок временной остановки опасного объекта до 40 суток. Таким образом, судебные приставы приезжали на завод для исполнения решения суда неоднократно. В первый раз они появились на площадке завода в конце декабря 2019 года для того, чтобы опечатать опасное оборудование – находящиеся в аварийном состоянии трубопроводы кислоты и щелочи. Однако не тут-то было. Генеральный директор ТоАЗа Дмитрий Межеедов и его заместители – директор по производству Евгений Шибанов и директор по технической политике Виктор Казачков отдали распоряжение персоналу не останавливать оборудование, а приставам они соврали, что остановка работы склада приведет к перебоям в работе очистных сооружений, и фекальные и промышленные сбросы города без всякой очистки будут сливаться в Волгу и Саратовское водохранилище. Поэтому приставам пришлось уехать несолоно хлебавши, а сопровождавшая их сотрудница Ростехнадзора Лукьянова, которая должна была проследить за остановкой оборудования, не оказала никакого содействия приставам и, объявив, что она опаздывает на свой новогодний корпоратив, покинула площадку завода. Второй раз приставы явились на «Тольяттиазот» в начале января и опломбировали основной трубопровод склада сырьевой кислоты и щелочи. Однако вне поле зрения приставов остались обводные трубопроводы (байпасы), и ни руководство завода, ни сотрудники Ростехнадзора, которые должны хорошо знать технологические схемы производства, не сообщили об этом приставам. В результате работа склада так и не была остановлена, сырье поступало в обход опломбированных емкостей через байпасы. Эти обводные трубопроводы, надо сказать, находятся чуть ли не в еще более плачевном техническом состоянии, чем основные трубопроводы – на всем их протяжении наблюдаются течи, они не сертифицированы и вообще смонтированы с нарушением всех норм и стандартов безопасности. Таким образом, Межеедов вновь ввел в заблуждение приставов и не исполнил решение суда. Третий раз судебные исполнители прибыли на ТоАЗ в пятницу, 17 января, после повторного решения суда об остановке опасного объекта. На этот раз силовую поддержку пришлось оказывать сотрудникам ФСБ. Они опечатали байпасы, а также два агрегата аммиака, агрегат метанола и агрегат карбамида. Однако на заводе им соврали, что для того, чтобы остановить оборудование склада на срок, определенный судом, необходимо освободить емкость хранения кислоты, иначе эта емкость якобы подвергнется коррозии. И за 3-4 дня кислота из емкости будет слита, и тогда решение суда может быть исполнено. Это было очередной ложью, т.к. в реальности запаса сырья в емкости было на 30 суток, то есть почти весь период остановки (40 дней, определенных судом) склад продолжал бы работать. И обманутые приставы, поверив очередной лжи, перекрыли только входной трубопровод, идущий с наливной эстакады. В выходные 18-19 января остановленные агрегаты вновь заработали, потому что кислота на них продолжила поступать из емкости хранения через выводную трубу, а ржавые текущие байпасы уже и не были нужны. Но все эти уловки и ухищрения противодействия остановке завода отнюдь не были сиюминутной импровизацией. Это был продуманный и четкий план штаба по чрезвычайным ситуациям, который был специально создан в администрации Самарской области для «спасения» ТоАЗа от остановки. Помимо генерального директора Дмитрия Межеедова и его замов в состав штаба вошли представители администрации Самарской области. Курирует работу штаба первый вице-губернатор – председатель правительства Самарской области Виктор Кудряшов. На одном из заседаний этого штаба и были выработаны шаги по противодействию остановке завода, включающие обман судебных приставов. А присутствовавший на заседании замглавы Средне-Поволжского управления Ростехнадзора Сергей Стифатов не смог противостоять этому решению и фактически занял соглашательскую позицию. А еще штаб принял решение разработать «дорожную карту» выполнения решения суда и остановки завода, но лишь для того, чтобы пустить пыль в глаза суду и общественности. Если емкость будет оставаться открытой и снабжать производство кислотой в течение 30 дней, подобная «дорожная карта» никакого практического значения иметь не будет, кроме того, что можно будет отчитаться о ее создании перед вышестоящими органами и СМИ. Активное участие в работе «штаба по ЧС» принимает заместитель министра промышленности Самарской области, руководитель департамента нефтехимического комплекса Андрей Шамин, который постоянно присутствовал при визитах судебных исполнителей и помогал вводить их в заблуждение. А кроме того, Шанину принадлежит идея разослать от имени «Тольяттизота» письма-пугалки контрагентам предприятия – компаниям «Роснефть», «Лукойл», «Сибур», «Фосагро» и другим. Они получили предостережения о том, что остановка двух из шести агрегатов аммиака и агрегата метанола якобы оставит покупателей без этой продукции. Однако это было априорной ложью: во-первых, такие стандартизированные продукты, как аммиак и метанол, легко заменяемы на продукцию других отечественных производителей, которая всегда есть на рынке, во-вторых, остановка агрегатов не является форс-мажорным обстоятельством, а является следствием действий руководства завода, не обеспечившего безопасность работы оборудования. Поэтому невыполнение ТоАЗом (как и любым другим поставщиком) контрактных обязательств предусматривает санкции и возмещение убытков покупателя, что прописано в каждом контракте. В-третьих, контрактные обязательства «Тольяттиазота» перед отечественными потребителями с лихвой могут быть обеспечены работой всего одного агрегата аммиака (а из шести агрегатов останавливались всего два) и одного агрегата метанола (из двух, имеющихся на производственной площадке завода). Эти письма были рассчитаны на то, чтобы посеять панику и заставить крупные российские компании выступить против исполнения решения суда. А до этого руководство ТоАЗа разослало в органы власти и госучреждения письма о том, что остановка завода или его части вызовет социальные потрясения, безработицу, остановку работы очистных сооружений и сброс неочищенных стоков в Волгу и Саратовское водохранилище, откуда ведется забор питьевой воды. Однако вся эта ложь уже была дезавуирована – склад кислоты и щелочи технологически никак не связан с работой очистных, основным агентом которых является т.н. «активный ил» – бактерии, которые питаются фекалиями и другими загрязняющими веществами, а кислоты и щелочи, наоборот, действуют на эти микроорганизмы угнетающе. Цель этих утверждений — сгустить краски и напугать якобы крайне негативными последствиями остановки завода. Тут было бы уместно напомнить тревожные, но убедительные формулировки из постановления Комсомольского районного суда, который остановил работу опасного оборудования: «Поскольку предприятием длительное время эксплуатируется оборудование без должного контроля и управления технологическими процессами на опасном объекте, где используются кислоты и щелочь, что непосредственно ставит под угрозу жизнь и здоровье населения, экологическую обстановку в регионе, по убеждению суда дальнейшая эксплуатация опасного производственного объекта опасна, в связи с чем данный объект должен быть приостановлен». «Как установлено судом, проверка соблюдения требований промышленной безопасности проводилась на объекте, который является опасным производственным объектом 1-го класса опасности, следовательно, его эксплуатация с не устраненными в настоящее время нарушениями представляет заведомо потенциальную опасность для окружающей среды, жизни и здоровья людей». «В связи с этим характер и количество выявленных на объекте нарушений заведомо свидетельствуют о том, что производственные процессы осуществляются при существенном нарушении требований промышленной безопасности, непосредственно создавая реальную угрозу для жизни и здоровья граждан и окружающей среды». Таким образом, ситуация с обеспечением промышленной безопасности на «Тольяттиазоте» каждый день грозит обернуться крупной аварией или даже катастрофой федерального масштаба. На этом фоне коммерческие интересы хозяев завода ни в коей мере не могут быть поставлены на одну чашу весов с жизнями десятков тысяч жителей Тольятти. Руководители завода под давлением его владельцев готовы подвергать опасности работников завода и жителей города, лишь бы только не допустить выпадающих доходов от 40-дневной приостановки аварийно-опасного оборудования, а так называемые защитники завода из местных чиновников, якобы заботящиеся о социально-экономической стабильности региона, думают не о людях, а только о своем собственном личном благополучии, если не сказать большего. В ситуацию на заводе должны решительно вмешаться здравый смысл, надзорные и правоохранительные органы. Под контролем прокуратуры и при деятельном участии компетентных представителей местного Ростехнадзора судебные приставы должны перекрыть запорную арматуру на трубопроводах подачи кислот и щелочей с наливной эстакады в емкости хранения, а также выводные трубопроводы емкостей, перекрыть обводные трубопроводы (байпасы), а также перекрыть краны на трубопроводов всех цехов и агрегатов, использующих в своем производственном цикле кислоты и щелочи. А руководство ТоАЗа должно обеспечить выполнение этой работы и предоставить технологическую карту остановки оборудования. Только так могут быть обеспечены условия для осуществления полноценного и качественного и ремонта разрушающегося оборудования, чтобы максимально снизить риски техногенной катастрофы для людей и окружающей среды.

Источник: wek.ru

, , ,

Добавить комментарий