Дмитрий Мазепин или экскурс в историю имен

Экскурс в историю именОб этом сообщает Vlast.ORG со ссылкой на  newsmab.com
В истории государства Российского есть занятный эпизод с предательством украинского гетмана Ивана Мазепы, который во время противостояния Петра I и шведского Карла XII перешел на сторону последнего. Царь Петр был столь возмущен вероломным поступком своего подданного, что повелел даже отлить специальный пятикилограммовый серебряный Орден Иуды в единственном экземпляре, которым он и наградил предателя.

Известно также, что до конца XIX века в Российской Империи большинство крестьян не имело родовых фамилий. В метрических книгах записывали имя собственное и имя отца, например, Григорий Ефимов (Григорий сын Ефима), кроме этого, для крестьян записывали место проживания, а именно, какая деревня или какому помещику она принадлежала. После отмены крепостного права появились и фамилии, которые были образованы именами прилагательными от имени того, чьим холопом предки человека являлись.

Бывало и так, что фамилией становилось прозвище или профессия. Поэтому вероятно, что предками Ивана Мазепы были люди с прозвищем от слова «мазикать», что означает «мазать что-либо, пачкать». Говорящее, одним словом имя.

Нам доподлинно не известно, влияет ли фамилия на характер и судьбу человека. Вот, скажем, Солженицын известен своими доносами на коллег, подставами и доносительством, а затем написанием лживого «Архипелага Гулага». И в фамилии его присутствует слово «ложь». Но в то же время, скажем, Ломоносов отличился не тем, что ломал всем носы, а заложение основ Российской науки и культуры. И все же, некоторые исторические примеры имеют место быть.

Становление героя-афганца

Дмитрий Мазепин родился в Белоруссии в 1968 году. Окончил престижное Суворовское училище, куда обычно брали детей военнослужащих или сотрудников правоохранительных органов и госбезопасности. Затем служил в Советской Армии, а конкретно в Афганистане. Но направили его не в действующие войска, а переводчиком при штабе. Должность не только сытная и безопасная, но и дающая солидный толчок дальнейшей карьере. С одной стороны, присутствие на различных переговорах и доступ «к телу» высоких чинов, с другой – работа с переводами документов, который зачастую оплачивался отдельно. Плюс, определенный уровень доверия и секретности, поблажки в сравнении с линейными офицерами и солдатами. Да и возможность заниматься «фарцой» никто не отменял – в то время этим грешили многие советские граждане, вырвавшиеся за рубеж, а уж со знанием иностранного языке – сам бог велел. Тем более, что в воюющей стране всегда есть масса различных возможностей для реализации амбиций молодого искателя приключений.

Вернувшись в уже разваливающийся Союз, Дмитрий не спешил на малую Родину. Он поступил и затем в 1992 году окончил престижный экономический факультет МГИМО, а затем, пользуясь своими связями в Москве и Минске, смог получить выгодную работу в Белоруссии. Сразу после института он стал директором страховой компании «Инфистрах», а уже в 1993 занял пост заместителя директора филиала КБ «Беларусьбанк» – крупнейшего на тот момент банка в стране (бывшее республиканское отделение Сбербанка СССР).

И хотя на этой должности Мазепин долго не просидел, перейдя в 1995 на пост первого заместителя председателя правления АКБ «Фалькон», можно не сомневаться, что рост его финансового состояния и влияния был ощутимым.

Ведь бывшие советские банки тогда выдавали кредиты только «своим» людям, которые тут же покупали, скажем, валюту, рост курса которой был еще более быстрым, чем гиперинфляция. Банк в результате оставался с рублевым кредитом, а заемщик с выгодным активом, прирост стоимости которого мог составлять несколько сотен процентов годовых.

К концу 90-х Мазепин перебрался в Россию. К этому времени за ним ароматный тянулся шлейф скандалов, подсиживаний и киданий партнеров. Многие характеризовали его, как «нехорошего человека», который, однако, удобен в решении щепетильных вопросов. Так, в 1997 году его привлекли акционеры ТНК для разрешения конфликта с бывшим гендиректором ОАО «Нижневартовскнефтегаз» Виктором Палием. Мазепин тогда так «удачно» решил все вопросы, что буквально через полгода на предприятии не осталось не только тех, кто сочувствовал бывшему руководителю, но и многих других ценных сотрудников, которых ушли в ходе зачистки.

Следующим этапом карьеры афганца стало его назначение на должность советника, а затем и первым заместителем руководителя Российского фонда федерального имущества (РФФИ) Владимиром Малиным. Вот уж точно, пусти козла в огород. Последний также отличался большой любовью к денежным знакам, за что в итоге и поплатился. Однако, в период дружбы с ним нашего героя, они вместе смогли реализовывать такие уникальные схемы и аукционы, что даже крупные игроки и монополисты рынка вдруг оказывались не у дел, проигрывая конкурсы фирмам-пустышкам.

Восхождение химического короля

Во время дружбы с главой РФФИ Мазепин перешел на работу в АК «Сибур» (дочка «Газпрома») по протекции Сергея Лукаша (бывший офицер КГБ, зампред «Газпрома» по безопасности). Став президентом Сибура, уже через год Дмитрий был изгнан лично Миллером. За этот год «иудушка» не только сумел предать собственную компанию, но и «рейдернуть» ее в составе группы коллег единомышленников.

Выводил активы из Газпрома Мазепин за деньги, которые получал от аффилированных фирм-прокладок, которые торговали газпромовским газом с потребителями по завышенным ценам. Для этого в «Межрегионгаз» и ряд других форм Дмитрий расставил своих людей. Таким образом, в 2002 году почти все акции АХК «Азот» перешли в фирмы его подельника Бриллинга.

После его бегства в Испанию Мазепин остался следить за уведённым имуществом на месте. Далее смотрящий отбирает у «Сибура» основные активы и уже в 2003 году АХК «Азот» оказался под контролем мазепинского «Нефтегазбанка». «Газпром» пытался вернуть свое, но не смог – банк обанкротился, а физические активы остались за Мазепиным. Эта афера легла в основу холдинга «Уралхим».

Но, разумеется, одного «Азота» для холдинга Мазепину было мало, и он облизнулся на Кирово-Чепецкий химкомбинат. Его приватизация пришлась на 2004 год, когда Дмитрия уже выгнали из «Сибура». Именно тогда Мазепин чудесным образом обыграл «Газпром» на аукционе по продаже госпакета акций – он достался неизвестному ЗАО «Финтрастком», действовавшему в интересах голодного олигарха. В «Газпроме» были уверены, что Мазепин заранее знал, сколько готовы отдать соперники, и подготовился. Ну еще бы ему не быть готовым, если выиграть конкурс на приватизацию КСХК Мазепину помогли те самые чиновники из РФФИ и непосредственный его глава Владимир Малин, который, по слухам, получил за эту операцию солидный «откат».

В греческой мифологии был такой царь мигдонийцев по имени Мидас. Все, чего он касался, превращалось в золото. Наш Мазепин является его антиподом. В ходе процесса своего обогащения и эксплуатации захваченных активов он фактически плюет на экологию и людей. Его предприятия своей деятельностью разрушают природную среду в любом регионе, где они находятся. Так в 2005-2006 годах Кирово-Чепецкий комбинат (КЧХК) оказался в центре скандала.

Внеплановая проверка, проведенная летом 2005 года, выявила превышения в 10 раз допустимых норм азота аммония в пробах воды из реки Вятка. Анализ образцов грунта с завода также показал превышенную концентрацию тяжелых металлов. В грунтовых водах — превышение по бензолу, а также наличие нефтепродуктов и свинца. Однако, по слухам, Мазепин сумел откупиться от проверяющих. А как иначе объяснить то, что этот скандал вскоре «замяли».

Рейдер расправил крылья

Не прекращая войн с экологами и затыкая рты несогласным, Дмитрий Аркадьевич решил расширять свой холдинг, докупил 75% «Воскресенских минудобрений» и 9,7% «Тольяттиазота». На бумаге это делало его членом пятерки крупнейших производителей азотных удобрений.

Скупал он активы, естественно, не за свои средства. На эти цели он взял кредит у Сбербанка на сумму 700 миллиардов рублей. Но затем обратился за еще одним займом — теперь уже в размере 3 миллиардов. До сих пор непонятно, как эти сделки проходили через кредитные комитеты, ведь займы были ничем не обеспечены. Могло ли так случиться, что положительные решения в госбанке принимались благодаря особым отношениям с некоторыми его сотрудниками?

Столь наглое поведение не могло остаться незамеченным. Да и 90-е к тому времени уже давно канули в лету. К Мазепину начинают проявлять повышенный интерес российские силовики. В СМИ начинают появляться слухи, что против владельца «Уралхима» могут завести уголовное дело по факту мошенничества с кредитами.

Параллельно с этим, под руководством «не-Мидаса» завод в Воскресенске начал банкротиться и разваливаться, при том, что еще в 2008 (при продаже его акций Мазепину) он был прибыльным, успешно поставлявшим свою продукцию на экспорт. Еще больше обострило ситуацию массовое сокращения рабочих, что для небольшого города было серьезным экономическим ударом. Может быть этому воспротивилась администрация города? Отнюдь! Вывод самых лакомых активов с завода проводился при попустительстве мэра Воскресенска Юрия Слепцова (еще одна говорящая фамилия), который сначала выиграл выборы посредством фальсификации, а затем и вообще была арестован за взятку. Он даже почти позволил украсть местный дом культуры, и только протесты граждан и принципиальная позиция его директора не позволили рейдерам сделать этого.

Используя Воскресенский завод и его работников в качестве «живого щита» в 2009-2010 годах «Уралхим» Мазепина вступил в корпоративный конфликт с холдингом «Фосагро», требуя от того поставку сырья по заниженным ценам. Он даже натравил на структуры Гурьева Федеральную антимонопольную службу.

Причем в 2013 году эта история повторилась. Мазепин остановил завод из-за того, что ему не продали сырье ниже 5 тысяч рублей за тонну, в то время, как рекомендованная ФАС цена составляла 6 тысяч рублей.

Но самым длительным корпоративным конфликтом олигарха-химика стали «боевые действия» против группы Тольяттиазот. Это предприятие еще с советский времен было под контролем семьи Махлаев. Сначала отец – Виктор – руководил им в лучших традициях «красных директоров», поддерживая рабочих, обновляя и модернизируя производство, обеспечивая доступ к рынкам сбыта. И это несмотря на конфликты с влиятельными чиновниками губернаторского уровня и даже группой «Ренова» Виктора Вексельберга.

Затем, ему на смену пришел его сын Сергей. Именно у «Реновы» Дмитрий Мазепин и купил миноритарный пакет завода. И сразу же активно начал пытаться шантажировать компанию. В 2014 году Он предложил Махлаю объединиться и пытался влиять на отца через сына Сергея. Используя свои связи в органах власти, он дискредитировал руководство «Тольяттиазота», возбуждал уголовные дела, инициировал прокурорские и налоговые проверки, и даже пытался давить на судей по этим делам.

В итоге Владимир Махлай стал фигурантом сфабрикованного уголовного дела об уклонении от налогов на 280,4 миллионов рублей, что стало возможным якобы благодаря занижению дохода компании на 1,2 миллиарда рублей. Он был объявлен в розыск 5 декабря 2005 года. Махлай выехал за границу. Весной 2006 года постановление о его розыске было отменено, однако летом 2007 года «Тольяттиазоту» были предъявлены уже новые налоговые претензии — ещё почти на 2,6 миллиарда рублей партнер Махлая и управляющий корпорацией Александр Макаров заключил договор с компанией «Nitrochem Distribution AG» (подконтрольной Махлаю), которая стала эксклюзивным продавцом продукции ТоАЗа на мировом рынке. По данным следствия, завод реализовывал продукцию по ценам на 20% ниже среднемировых, а «Nitrochem Distribution AG», в свою очередь, реализовывал аммиак уже по мировым ценам. Следствие считает, что в результате этих действий доход тольяттинского предприятия был занижен на сумму более чем 1,2 миллиарда рублей, а значит были нарушены права Мазепина, как миноритарного акционера. Примечательно, что адвокаты Тольяттинцев указывали суду на то, что файлы их решений созданы юристами «Уралкалия» (легко проверяется в текстовом редакторе), но к сведению это принято не было.

Следует отметить и то, что точно такие же схемы с 2009 года сам Мазепин беззастенчиво реализует через свои латвийские структуры, однако об этом чуть ниже. Пока же следует отметить, что независимо от того, как оценивать оптимизацию экспортных потоков «Тольяттиазота», все же семья Махлаев инвестировала прибыль в развитие производства и строительство инфраструктуры, а не банкротили и дерибанили заводы, как Мазепин, транжиря средства на дорогие автомобили для своих детей или попытки покупки футбольных клубов, да команд «Формулы-1».

Примечательно и то, что на запрос России об экстрадиции Махлая из Великобритании тамошний суд дал отказ, акцентировав внимание на то, что дело против «Тольяттиазота» – это рейдерский захват с политической и коррупционной составляющей.

Несмотря ни на что, в 2019 году суд Тольятти заочно приговорил Владимира и Сергея Махлаев к девяти годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима. Они обвиняются в мошенничестве с экспортными продажами «Тольяттиазота», в период 2008-2011 годов. Так что это партию, Мазепин, похоже, тоже выиграл. Другое дело, что это может оказаться Пирровой победой.

Латышский стрелок

У самого Мазепина дела шли все хуже и хуже. С одной стороны, ему много лет изменяла жена и, по информации Андрея Малахова, даже родила половину детей не от него. С другой, проблемы его холдингу создавали нерешенные долговые проблемы. Одним из вариантов скрыться от кредиторов и уголовного преследования была эмиграции в Европу. И именно этим путем он и воспользовался, выбрав своей новой «родиной» столицу одного из Прибалтийских «вымиратов» – город Ригу.

Уже в 2009 году «Уралхим» зарегистрировал в Латвии свое дочернее предприятие «Uralchem Trading», которое стало контролировать экспортные поставки удобрений, то есть, единственный доход заводов «Уралхима».

Естественно, что поставлялись они в Латвию по заниженным ценам, формируя в Риге, как это модно называть, «центр прибыли» холдинга. То есть Мазепин сам сделал ровно то, в чем в то же самое время обвинил в российских судах отца и сына Махлаев. Только в отличие от них, деньги он выводил из России безвозвратно и в интересах враждебного нам государства.

Параллельно новоиспеченный латыш пытался стать депутатом и получить неприкосновенность в России. Для этих целей он «купил» пост в местном отделении «Единой России» по Кировской области. Однако, видимо решил подстраховаться, и том же году финансировал «Справедливую Россию». Когда эта информация всплыла, то грянул скандал и Мазепин понял, что Латвия для него все же самая лучшая новая «родина».

Примечательно, что неподкупная Рижская дума, вопреки мнению общественности, выдала разрешение на строительство терминала для перевалки и хранения минеральных удобрений. Для понимания недовольства местных жителей нужно отметить, что сырье именно такого типа стало причиной взрыва в порту Бейрута, когда разрушена была половина города. А о том, как относится к безопасности и экологии наш Мазепин известно всем.

В латвийские активы в Риге и Вентспилсе Дмитрий Аркадьевич вложил солидные суммы. Строительство первой очереди рижского терминала, например, обошлось в 60 млн евро, а покупка в Вентспилсе — еще в 55 миллионов евро. В обоих проектах «Уралхиму» принадлежит более 50%. Для понимания ситуации следует отметить, что после утверждения русофобской политики в странах Балтии, Россией взят жесткий курс на развитие собственной портовой инфраструктуры, а РЖД даже субсидирует перевозки в порт Усть-Луга, например. Действия российского гражданина Мазепина в этой ситуации выглядят ровно так же, как и действия его почти тезки времен Петра Великого.

У латышей есть причина любить Мазепина. Каждый терминал оборудован по последнему слову техники и переваливает миллионы тонн грузов ежегодно, обеспечивая работой сотни местных жителей, а не российских граждан.

Местная «дочка» «Уралхима» – «SIA Uralchem Trading» – на протяжении многих лет входит в тройку крупнейших предприятий сельскохозяйственной отрасли Латвии, обеспечивая перевалку и фрахтование судов. В 2017 году оборот этой компании составил 870 миллионов евро – первое место в сельском хозяйстве Латвии. Эти средства де-факто украдены у России и необоснованно выведены в Латвию вопреки позиции Правительства России. Тут оппоненты Мазепина по судебным делам могли бы сказать: «И эти люди запрещают ковыряться нам в носу!»

Примечательно, что тратить деньги в России Мазепин не спешит. Обвалы почвы в Березниках, когда целые кварталы города уходят под землю, его не волнуют. На эти цели инвестиции «Уралхима» на одни-два порядка ниже, чем доходы в Латвии. Вдобавок к этому, в Латвии Мазепин приобрел футбольный клуб «Sconto», гостиницу в Юрмале, а также тратит сотни тысяч евро ежегодно на благотворительность. Воистину, Рим предателям не платит, и измена недешево обходится нашему герою.

Вишенкой на торте можно считать призывы Мазепина к Александру Лукашенко, которому тот советовал последовать примеру Януковича и пойти на переговоры с прозападной оппозицией. Впрочем, учитывая, что его новая «родина» также открыто выступила на стороне прозападных революционеров, другого поведения от латышского стрелка не следовало бы ожидать. Предавать интересы своей страны, так уж оптом.

***

Закончить наше повествование хотелось бы как-то эффектно. Но, к сожалению, для этого нет оснований. Не так давно Мазепин давал очередное интервью Вестям и на голубом глазу поведал о своих планах по поставке удобрений в Судан. Россия потратила значительные усилия (и, несомненно, людские ресурсы) на то, чтобы урегулировать ситуацию в этой стране, выступая с миротворческими инициативами. А сливки с этого будет снимать олигарх-предатель, накачивая прибылью недружественную нам Латвию, и эксплуатируя при этом недра и рабочих в собственной стране. Кто знает, может быть где-то в подвалах наших силовых структур уже льют медаль и для Дмитрия Аркадьевича. Хорошо бы было, чтобы на это раз награда все же нашла героя.

Ну а мы продолжим журналистское расследование. Какие еще тайны могут скрывать о нем недра интернета?

, , , ,

Добавить комментарий